English version

Архив номеров

Громадская О.С.

Название статьи:
Основные тенденции в области международного регулирования банковского сектора

Аннотация:
Рассматривается необходимость реформирования процесса регулирования банковской деятельности в условиях финансовой глобализации, изучается возможность изменений организационной структуры, целей и функций центральных банков и международных финансовых организаций, анализируется вероятность создания мегарегулятора в России и глобального Центробанка на международном уровне.

Ключевые слова:
глобализация, мегарегулятор, Международный валютный фонд, глобальный Центробанк.

Содержимое статьи:
Современные условия функционирования финансовых рынков обусловливают необходимость институционального реформирования центральных банков. Эта необходимость вызрела как на макроуровне (на уровне отдельно взятого государства), так и на международном уровне. Объективной причиной, которая скорректировала представления о функциональной и институциональной организации банковского регулирования, выступает, прежде всего, глобализация финансовых рынков, основными проявлениями которой являются: 1) развитие и усиливающееся влияние на мировую экономику транснациональных банков. В настоящее время банковская архитектура представлена многочисленными транснациональными банками (ТНБ), охватившими своими организационными формами все мировое пространство, офисы которых преимущественно расположены в крупнейших финансовых центрах (Нью-Йорк, Лондон, Токио), а также на территории оффшорных финансовых зон (Швейцария, Монако, Люксембург, Кипр, Гонконг, Сингапур и др.). Крупнейшие ТНБ представлены в табл. 1; 2) интернационализация теневой экономики и использование финансово-кредитных институтов в целях легализации средств, полученных незаконным путем. Как правило, теневой финансовый бизнес расцветает в многочисленных оффшорных зонах. Международная организация по борьбе с оффшорами Tax Justice Network подсчитала, что бюджеты всех стран мира ежегодно недополучают более 225 млрд. долл. из-за сокрытия капиталов в оффшорах1; 3) продолжающаяся концентрация банков- ского капитала посредством слияний и поглощений. Многие страны - США, Великобритания, Малайзия, Южная Америка - проводят политику стимулирования межбанковских слияний и поглощений. Л. Николаевой выделены три основные макроэкономические функции этих процессов: а) повышение конкурентоспособности банковской системы страны; б) реструктуризация неплатежеспособных финансовых институтов и рекапитализация банковской системы; в) обеспечение экономического роста2; 4) кризисные явления в мировой финансовой системе. Французский ученый М. Годе считает, что подлинный кризис мировой финансовой системы - это кризис регулирования, который заключается в том, что международные правила регулирования неизменно отстают от процессов глобализации финансовых рынков. Следствие данной ситуации - наличие высокого уровня развития международного финансового рынка при отсутствии надлежащей институциональной структуры его регулирования. Как правило, направления реформирования банковского регулирования связаны с изменением организационной структуры, целей и функций центральных банков. Происходящие процессы - это, прежде всего, процессы, сопутствующие финансовой глобализации, а именно консолидация и интеграция. Данные процессы характеризуются объединением, сращиванием частей в некоторую целостность, и проявляются в согласовании экономической политики, в сближении законодательств, норм и стандартов. На макроуровне указанные процессы связаны с идеей создания и функционирования мегарулятора, на международном уровне - с идеей формирования глобального Центрального банка. МЕГАРЕГУЛЯТОР. Понятие “мегарегулятор” обычно употребляют как понятие модели объединенного или интегрированного надзора за финансовым сектором. В основе идеи создания мегарегулятора лежит идея о том, что объединение организаций финансового сектора под единым началом позволит добиться эффективного регулирования. Действительно, современные ТНБ оказывают целый комплекс финансовых услуг, далеко выходящих за рамки классических банковских операций. В результате “в условиях смывания границ между отдельными видами деятельности на финансовом рынке регулирующие органы не смогут объективно отслеживать ситуацию, и уж тем более предпринимать согласованные меры, если будут действовать в узких сегментах ведомственного регулирования”3. Выход из создавшегося положения - отказ от регулирования по функциональному (ведомственному) принципу и создание мегарегулятора. Идея создания мегарегулятора не означает упразднения Центробанка. В мире существуют успешные практики их взаимодействия. Так, например, в Великобритании мегарегулятор осуществляет пруденциальный надзор, контроль за финансовыми рынками и противодействие легализации преступных доходов. За Банком Англии осталось обеспечение стабильности денежной системы, система расчетов, защита национальной денежной единицы. В результате Банк Англии не осуществляет надзор за институтами, проводящими финансовые и банковские операции. Также мегарегуляторы функционируют в Канаде, Японии, Австралии, Дании, Норвегии, Финляндии и в других странах. Как известно, в России регулирующие воздействие распределено между несколькими ведомственными регуляторами. Как видно из табл. 2, в России функции мегарегулятора либо может осуществлять новый специально созданный государственный орган, либо возможно делегирование этих полномочий уже существующим органам. В любом случае мегарегулятор должен иметь возможность оперативно влиять на конъюнктуру рынка, осуществлять мониторинг не только финансового, но и реального сектора экономики, у него должна быть налажена система экономического и статистического анализа. Однако в отношении российского опыта большинство исследователей придерживаются мнения, что создание мегарегулятора является вопросом не сегодняшнего дня. Так, Я.М. Миркин считает, что в России отсутствует адекватная экономическая и институциональная база, а именно: финансовый рынок раздроблен, основан на финансовых институтах, у него низкая капитализация, финансовые продукты имеют упрощенную структуру, не существует действительно крупных финансовых конгломератов, занимающих доминирующее положение в нескольких секторах рынка и представляющих собой “переплетенный”, со сложной организационной структурой универсальный бизнес4. М.К. Беляев и С.Л. Ермаков считают, что “вывод в настоящее время надзорного блока за пределы Банка России будет означать слом существующей системы надзора, нарушение наконец-то сложившегося и очень уязвимого баланса интересов, являющегося залогом устойчивого экономического развития”5.

Продолжение статьи вы можете прочесть в PDF-варианте нашего журнала, доступном зарегистрированным подписчикам.